Анна Чубач: "Мое море жизни - холодное"

Году, в год двухсотлетия Тараса Шевченко, размер одноименной престижной литературной премии увеличен в два раза. О премии и то, как она присуждается в эксклюзивном блиц-интервью УНН рассказала известная киевская писательница Анна Чубач.

- Анна Танасовна, стало известно, что размер Шевченковской премии увеличился до миллиона триста гривен. Вы ведь являетесь номинантом премии 2013 года, это так?

- Да, верно, но я «слетела» на втором круге и почти была уверена, что мне ее не дадут, хотя на протяжении десяти лет я подаю свои книги на соискание этой премии. На протяжении многих лет, каждый раз, на втором круге - «вылетаю». На мой взгляд, премия во многом носит политический характер, ангажирована, причем еще за год до того как объявляются соискатели и номинанты – возникает пул «своих», назначенных неизвестно кем рецензентов, критиков и лоббистов соискателей. У меня никакой «мохнатой» руки в такой институции как «Шевченковская премия» по литературе – нет. В прошлом году я подавала на конкурс свою книгу стихов «Радость высоты», признанную лучшей книгой года в Чехии и которая получила чешскую премию «Хрустальная книга» 2012 года, но эта чешская премия никак не повлияла на литературные события в Украине: меня опять словно не заметили. Что касается столь большой суммы, - скажу, что писатель пишет не ради денег, а потому что он не может не писать. Когда-то, десять лет назад, известный украинский художник Иван Марчук сказал мне: «Аннушка, наши украинские премии – не являются подтверждением таланта человека, а часто даже наоборот и скорее отображают лояльность к той или иной политической силе. И я с того момента успокоилась. Ни с одним членом комитета по присуждению премии я не дружу, хотя многих знаю.

- Раз мы уже заговорили о политике, скажите, как вы относитесь к происходящим в Киеве событиям, Майдану, в частности.

- Как свободолюбивый человек, я разделяю идеи Майдана, но вижу, что у них уже ничего не получится. Очевидно, что многое идет не так, но все равно я им желаю успеха.

- Как вы думаете, кто в этом году станет обладателем Шевченковской премии?

- Честно? Не знаю, может, Юрий Щербак со своей Дилогией "Час смертохристів", "Час великої гри". Не знаю… Для меня само даже участие в номинации на премию – важно. Потому как имя Тараса Григорьевича Шевченко для меня свято. А вот критерии присуждения премии очень серьезно изменились. Почему-то не учитывается мнение читателей, не учитываются тиражи книг автора-номинанта.

- Анна Танасовна, над чем вы сейчас работаете?

- Я пишу, продолжаю писать целые серии детских книг, но также пишу новую книгу в прозе, которой дала название «Холодне море життя».

- Скажите, почему ваше море «холодное»? Ведь мы радуемся морю теплому и безбрежному, красивому, ласковому.

- Для творческого, ранимого человека, остро чувствующего не исключительно свою боль, но и боль других людей, боль общества – море жизни всегда холодное. Оно волнуется и штормит, а человек в нем может погибнуть, если будет слишком тратить себя. После того как я перенесла инсульт и буквально «вернулась» с того света, мои чувства стали еще острее, особенно воспоминания. Однако сейчас, на многие вещи смотрю по-другому, потому что нет ничего ценнее самой жизни. Я – дитя войны, родилась в семье сельского скрипача, который погиб на фронте. Очень хорошо помню оккупацию, помню, как приходилось голодать, сидеть в подвале, прятаться от озверевших румын, которые стояли у нас в селе, в Винницкой области. С возрастом эти воспоминания становятся почему-то острее и я вспоминаю как уже в четыре года, подпевая маме, начала бормотать свои первые строки. К чему я вам это все говорю? Да потому что очевидно, что литературный талант – он вне политики.

- На церемонию вручения премии пойдете?

- Нет, не пойду, хотя раньше ходила и даже с Леонидом Кучмой сидели вместе за одним столом. Конечно, размер премии внушителен и впечатляет, и если бы я получила ее, то радовалась бы тому, что моя старость обеспечена. Но я вам скажу, что надежды не теряю, и буду номинироваться на следующий год.