От производства до полки: как нестабильное электроснабжение меняет себестоимость продуктов

Нестабильное электроснабжение стало для продовольственного рынка не временным неудобством, а системным фактором роста затрат по всей цепочке поставок: от переработки и складов до "холодной" логистики. Бизнес вынужден переходить на генераторы и более дорогую электроэнергию, что постепенно встраивается в себестоимость продукции. В то же время одномоментного ценового скачка чаще всего не происходит: темп подорожания сдерживают покупательная способность населения и конкуренция с импортом.

Перебои с электроснабжением влияют на продовольственный рынок из-за повышения затрат в производстве, хранении и логистике. Для большинства процессов в пищевой отрасли электроэнергия является необходимым компонентом: она обеспечивает работу технологического оборудования, поддержание температурных режимов, функционирование складской инфраструктуры и дистрибуции.

В случае отключений предприятия вынуждены переходить на резервные источники питания. Это предполагает дополнительные затраты на топливо, техническое обслуживание генераторов, закупку или аренду оборудования, а также организационные затраты, связанные с контролем непрерывности процессов. В сегментах, где критическим является стабильный температурный режим (в частности, при хранении и транспортировке), затраты могут расти еще и из-за необходимости усиленного контроля и резервирования.

Чтобы разобраться в ситуации, УНН поговорили с рядом украинских экспертов, которые объяснили механизм влияния энергетического кризиса на цены продтоваров и дали прогнозы на ближайшее будущее.   

Перебои с электроэнергией как фактор инфляции

Экономисты объясняют: дополнительные затраты возникают на всех этапах поставки. В производстве это удорожание энергоемких операций и снижение производительности из-за вынужденных остановок или перенастройки. В хранении — повышение затрат на поддержание холодового режима, работу складов и холодильного оборудования. В логистике — увеличение себестоимости перевозок, особенно если речь идет о транспортировке с температурным контролем, а также рост затрат на перевалку и краткосрочное хранение в дистрибьюторских центрах.

Директор Smart Corporate Service LTD, доктор экономических наук Елена Нусинова подтверждает: электроэнергия нужна не только для света в цеху, а для работы оборудования, переработки, охлаждения, заморозки, вентиляции складов и логистики. Когда поставки электричества становятся нестабильными, предприятия вынуждены переходить на резервные источники энергии, прежде всего генераторы. А это почти всегда означает существенно более высокую себестоимость каждой произведенной или сохраненной тонны продукции.

Кроме того, затраты на генераторы также сказываются на конечных ценах, которые устанавливает ритейл. Ведь отечественные сети маркетов тоже несут затраты в этой сфере. Так, АТБ тратит на обеспечение работы магазинов сети в среднем 30 тысяч литров дизтоплива в день.

В таких условиях производители и дистрибьюторы не могут полностью компенсировать рост энергетических затрат за свой счет. Часть этой нагрузки переходит в конечные цены

Важный нюанс в том, что блэкауты не всегда дают эффект одного дня, когда ценники внезапно переписывают на 10 – 20%. Наоборот, как отмечает Елена Нусинова, они становятся разовым фактором постоянного затратного давления. То есть каждая волна перебоев с электричеством добавляет затрат, которые затем в конечной цене на товар проявляют себя постепенно, по мере обновления контрактов, пересмотра тарифов на логистику, пересчета стоимости хранения и переработки. 

Их влияние (блэкаутов, - ред.) проявляется не в мгновенном скачке цен, а в постепенном подорожании отдельных продовольственных групп, прежде всего энергозависимых

Генераторы и цены: почему продукты дорожают медленно, а малый бизнес страдает первым

Однако в профессиональной среде существует и другой взгляд: проблемы с электроснабжением действительно повышают затраты бизнеса, но автоматического головокружительного роста цен на продукты ожидать не стоит. 

Ключевая причина проста: покупательная способность украинского потребителя сейчас ограничена, а импорт сдерживает аппетиты производителей. Именно такой вектор разговору с редакцией очертил член Экономического дискуссионного клуба, эксперт Олег Пендзин.  

Первый тормоз ценового разгона, по его словам, — платежеспособность населения. 

Товаропроизводитель может поднять цену, насколько вы будете готовы оплатить, исходя из толщины вашего кошелька

Пендзин объяснил: если за последний месяц доходы не выросли на 30 – 40%, то откуда возьмется место для такого же роста на полках? Потребитель может поискать альтернативу в пределах 7–10% стоимости необходимых товаров, но дальше спрос неизбежно ломается.

Второй тормоз - конкуренция с импортом. Даже если украинский производитель имеет более высокую себестоимость из-за электроэнергии, он не может поднять цену безоглядно, когда рядом стоит импортный аналог. 

Здесь экономист привел показательный пример молочной отрасли: производители, по его словам, просили Правительство пересмотреть параметры программы "Украинский кэшбэк" (в частности, увеличить возврат средств на молочку), потому что отрасль не выдерживает конкуренции. 

Олег Пендзин также озвучил ряд отраслей, которые зависят от энергопотребления больше всего. Прежде всего речь идет о переработке и тех сферах, где нужны непрерывные процессы и стабильное питание оборудования. Эксперт прямо называет энергозависимую переработку самым уязвимым сегментом. 

Для малого и среднего бизнеса проблема острее: 

"У них нет где "размазать" по огромному ассортименту дополнительные расходы. Крупный хлебзавод или мясокомбинат может распределить затраты между разными позициями и оптимизировать закупки и логистику. Малый производитель или небольшая точка продажи такой "подушки" не имеет", — говорит Пендзин.  

Впрочем, подчеркивает важный нюанс: затраты не всегда перекладываются на ценник. 

"То есть бизнес может выставить любую цифру, но если покупатель не придет, предприятие просто не выдержит конкуренции", — объясняет экономист.   

Отсюда и главный риск текущей энергетической нестабильности: не столько инфляционный шок, сколько "вымывание" мелкого бизнеса с рынка.

Бытовой пример — кофейни с доплатой за напитки во время работы генератора. Это показывает механику: автономное питание быстро съедает маржу, но верхний предел все равно определяется готовностью клиента платить.

Отдельно эксперт обращает внимание на территориальные различия.   

В каждом конкретно взятом населенном пункте ситуация разная, в зависимости от фактических доходов населения

То есть, одна и та же энергетическая проблема дает разный ценовой результат в мегаполисе и в небольшой общине. Там, где спрос слабее, бизнес скорее будет сокращать ассортимент, уменьшать объемы или закрываться, чем поднимать цену до уровня, который никто не потянет. В городах с более высокими доходами часть затрат еще можно переложить на покупателя, но и там граница проходит по реакции потребителя.

Для потребителя в ближайшей перспективе совокупность всех указанных экономических факторов означает следующее: наибольшее давление будут испытывать товары с высокой долей переработки и энергозатратным хранением: мясопереработка, молочные продукты (особенно сыры), хлебобулочные изделия, замороженные полуфабрикаты. 

В то же время "якоря", которые выставляет импорт, и слабый прирост доходов населения не дадут ценам "выстрелить" одномоментно. Скорее речь пойдет о ползучем удорожании отдельных позиций, а не о мгновенном удорожании всей продуктовой корзины.  

Молочка под блэкаутами: почему заводы не поднимут цены сейчас, но риск подорожания не исчез

На фоне перебоев с электроснабжением логично ожидать быстрого подорожания энергоемких продуктов. В молочном секторе наиболее энергозависимыми являются производство масла и твердых сыров. Однако в краткосрочной перспективе (ближайшие месяцы) существенного роста отпускных цен с заводов, по оценке отрасли, не прогнозируется. Ключевая причина — основной компонент себестоимости (сырое молоко) существенно подешевел.  

По словам заместителя гендиректора Ассоциации производителей молока (АПМ) Елены Жупинас, в переработке больше всего электроэнергии требует производство масла, производство сыра. Однако именно в этих категориях производители имеют значительную "подушку" благодаря складским остаткам. 

Украинское молочное предприятие имеет достаточно большой запас этих продуктов, которые связаны с тем, что в связи с проблемами с экспортом этих продуктов, они остаются на складах. Масло, например, примерно есть 10 тысяч тонн, большой запас твердого сыра

Дополнительно ценовое пространство сужает импорт. 

В Украину заходит значительная часть импортных этих продуктов по демпинговым ценам. Поэтому ни на масло, ни на сыр мы не ожидаем поднятия цен

Однако, несмотря на это, энергетический фактор увеличивает себестоимость готовой молочной продукции.  Собеседница УНН объясняет: 

"Отключения электроэнергии, переход на генераторы, (а один киловатт электроэнергии с генератора в 2-2,5 раза дороже обычного), а также переход на импортную электроэнергию, которая значительно дороже отечественной, увеличивают себестоимость готовых продуктов". 

В то же время ключевым тормозом для роста цен остается стоимость молока-сырья. 

Цена на сырое молоко в январе 2026 года более чем на 20% ниже января 2025 года. Поэтому из-за снижения цены на сырое молоко мы не ожидаем повышения цены на эти продукты

Специалист добавляет: падение цены продолжается нетипично долго.  

Снижается она уже четвертый месяц подряд, начиная с октября месяца. И (спад, - ред.) цены в такой период - аномальность для нашей отрасли

Причина, по словам Жупинас, в глобальном дисбалансе. 

Украина зависит от мирового молочного рынка. А на мировом молочном рынке мы имеем перепроизводство готовых продуктов и молочный кризис. Цена на сырое молоко снижается во всем мире

Специалист уточняет: 

"И в Европейском Союзе, и в Соединенных Штатах, и в Новой Зеландии, то есть в основных странах-экспортерах цена также (падает, - ред.). И поэтому имеем на рынке профицит молока и снижаем цену".

Кроме того, по словам Елены Жупинас, на украинский рынок молока дополнительно давят европейские излишки. 

В Европейском Союзе большие излишки сыра и масла, они по демпинговым ценам импортируют их в Украину. (Наша страна, — ред.) не имеет никаких защитных барьеров, то есть у нас границы открыты. А вот экспортные возможности украинских производителей ограничены. Мы не можем экспортировать, потому что ввели новые требования к экспорту, то есть должно пройти лицензирование. И это серьезно повлияло на цену сырого молока

Для более глубокого понимания ситуации на рынке она назвала потенциальные риски для отрасли в 2026 году. 

Самое уязвимое звено цепи сейчас, по ее словам, - это производители молока. Ведь энергозатраты растут и на фермах. 

Молочно-товарные фермы также перешли работать на дизельные генераторы и это увеличило себестоимость молока. Сейчас практически все (они, - ред.) работают в убыток. И вот это и является для нас большим вызовом, потому что многие из производителей молока уже сейчас задумываются о том, чтобы сократить производство. И уже в декабре мы впервые за все месяцы 25 года увидели снижение производства молока на молочно-товарных фермах по сравнению с предыдущим периодом того же 2024 года

И если тренд закрепится, прогноз на 2026 год тревожный. Ведь уже во второй половине 2026 года мы можем увидеть дефицит сырого молока, который спровоцирует удорожание молочных продуктов. 

Сейчас же можем говорить об одном: перебои с электроснабжением повышают затраты на каждом этапе продовольственной цепи. Сильнее всего давление испытывают энергозависимые категории, где критичны непрерывность процессов и температурные режимы, в частности мясопереработка, молочные продукты, хлебобулочные изделия и замороженные полуфабрикаты. В то же время скорость подорожания будут сдерживать ограниченная покупательная способность населения и конкуренция с импортом, которые фактически задают предел, выше которого производитель рискует потерять спрос.