Смерти в частных клиниках и отсутствие реакции регулятора: "дело Odrex" как приговор системе

Украинское государство не обеспечивает надлежащую защиту пациентов, лечащихся в частных медицинских учреждениях. Часто Министерство здравоохранения как регулятор реагирует уже после того, как произошла трагедия, вместо того чтобы попытаться ее предотвратить. Об этом заявил политический эксперт Михаил Шнайдер, обратив внимание на ряд смертельных случаев в частных медучреждениях и на резонансную историю вокруг скандальной одесской клиники Odrex, пишет УНН.

По его словам, за последние годы в Украине фиксируются смерти пациентов в частных медучреждениях. В частности, в столичной частной клинике во время пластической операции умерла женщина из-за неправильно рассчитанной дозировки препарата для наркоза. Также во время стоматологических вмешательств погибли дети: 7-летний мальчик в Киеве и 12-летняя девочка на Закарпатье. В клинике "Одрекс" в Одессе умер известный бизнесмен Аднан Киван.

Все эти случаи - это последствия некачественной медицинской помощи, несоблюдения протоколов и стандартов, которые должно контролировать государство и которые обнажают системную проблему

В качестве примера он приводит скандал с частной клиникой Odrex. Бывшие пациенты медучреждения и родственники жертв клиники публично заявили о возможных нарушениях и преступлениях, допущенных представителями "Одрекса".

Когда десятки пациентов говорят о ненадлежащем лечении, нехватке коммуникации, подделке документации и давлении и возможном мошенничестве, проблема перестает быть "локальным инцидентом" и приобретает признаки системности

Он также обращает внимание, что частная медицина в Украине развивается значительно быстрее, чем механизмы контроля ее качества и безопасности. Инвестиции в маркетинг и сервис часто не сопровождаются надлежащими вложениями в клинические протоколы, внутренний контроль и прозрачность предоставления медицинских услуг.

При этом Шнайдер констатирует недостаточный контроль со стороны регулятора – Министерства здравоохранения.

Формально за лицензирование и контроль отвечает Министерство здравоохранения Украины. Лицензия - это не просто бумажка, а документ, подтверждающий соответствие медучреждения кадровым, технологическим и организационным требованиям, а также обязательство постоянно соблюдать стандарты. Однако как практика показывает: проверки часто являются реакцией, а не превентивной мерой; санкции к нарушителям применяются медленно и выборочно, у пациентов фактически нет простого и понятного механизма быстрой защиты в случае угрозы их жизни или здоровью. Если клиника может годами работать с многочисленными жалобами, а вопрос лицензии возникает только после публичного скандала - это лишь подтверждает регуляторную неосмотрительность Минздрава

По его мнению, история с Odrex стала своеобразным тестом для государства и зеркалом всей системы здравоохранения. Она поднимает вопрос не только о наличии лицензии, но и о реальном контроле за работой клиник после ее получения: анализируются ли повторяющиеся инциденты, в том числе смертельные, рассматриваются ли жалобы комплексно и есть ли у регулятора политическая воля оперативно реагировать на нарушения.

Сейчас "Дело Odrex" - это зеркало для всей медицинской системы, которое показывает, что проблема не ограничивается одной клиникой. Здесь речь идет о качестве государственного надзора, реальной защите пациента и балансе между развитием частной медицины и безопасностью людей. Пока эти вопросы остаются без четких ответов, каждый украинец в частной клинике вынужден полагаться не на систему, а на случай и надеяться на качественные услуги

Смерть Аднана Кивана

Толчком к началу активного публичного скандала с клиникой "Odrex" стала смерть в стенах медучреждения местного бизнесмена-девелопера Аднана Кивана. Известно, что в мае-октябре 2024 года он проходил там лечение. По факту его смерти было сообщено о подозрении в ненадлежащем исполнении профессиональных обязанностей, повлекшем смерть пациента (ч. 1 ст. 140 УК Украины) двум врачам.

Позже выяснилось, что речь идет о заведующем хирургическим отделением Виталии Русакове и враче-онкологе Марине Белоцерковской, которую уволили из Odrex почти сразу после смерти Аднана Кивана. Следователи, опираясь на выводы экспертизы, считают, что действия этих двух врачей привели к смерти пациента Аднана Кивана. Сейчас дело передано в суд для рассмотрения по существу.

По данным СМИ, обвиняемый хирург не назначил пациенту антибиотики после проведения операции и игнорировал очевидные симптомы сепсиса. Кроме того, врачами, по данным журналистов, был проведен ряд процедур, которые на тот момент пациенту были противопоказаны. Среди них, очевидно, химиотерапия, которую проводила онколог Марина Белоцерковская.

Проверки и лишение лицензии

Стоит отметить, что в конце 2025 года Минздрав отозвал лицензию у ООО "Дом Медицины" – компании, на которую оформлена клиника Odrex. Основанием стал отказ администрации предоставить документы комиссии в рамках проверки, связанной со смертью пациента, что является грубым нарушением лицензионных условий.

Позже состоялась еще одна внеплановая проверка, но уже других юрлиц, связанных с "Одрексом". Внеплановые мероприятия государственного надзора продолжались с 6 по 8 января и касались ООО "Медицинский Дом "Одрекс"" и ООО "Центр медицины" – компаний, на которые оформлены медицинские лицензии клиники Odrex. Обе юрлица фигурируют в ряде уголовных производств по фактам возможного мошенничества, ненадлежащего исполнения профессиональных обязанностей медицинскими работниками, завладения средствами пациентов и умышленного убийства. По данным Офиса Генерального прокурора, по состоянию на сегодня правоохранители расследуют 10 уголовных производств, в которых фигурирует клиника "Одрекс".

Учитывая то, что Минздрав до сих пор не опубликовал решение по результатам проверки компаний, связанных с "Одрексом", можно сделать вывод о попытке затянуть и замять проблему.

Интересно, что в скандале с этой частной клиникой мы имеем реакцию регулятора постфактум. Возможно, если бы проверки "Одрекса" проводились раньше, трагедий удалось бы избежать, потому что в клинике бы понимали, что они находятся под контролем регулятора.

Документальный фильм "Осиное гнездо"

Документальный фильм "Осиное гнездо" стал настоящим разоблачением "лечения" в частной одесской клинике Odrex. Едва ли не впервые жертвы Odrex и родные тех, кого не удалось спасти после лечения в одесской клинике, рассказали свою правду. В надежде найти справедливость и уберечь других.

Одна из тех, кто не испугался рассказать свою историю, - Светлана Гук. Женщина стала вдовой после того, как ее муж попал в "Одрекс" с опухолью тимуса. После обещанной "легкой операции" ему сделали полную торакотомию, а дальше начались осложнения, аппарат "искусственной почки" и ежедневные счета на 80-90 тыс. грн. Наиболее шокирующей частью истории семьи Гуков стал рассказ Светланы о том, как она пришла в палату к мужу – там было холодно как в морозилке, а под одеялом пациента стоял нагреватель воздуха. Как рассказывает сама вдова – Odrex продолжал удерживать тело ее мужа на аппаратах после клинической смерти только для того, чтобы выставить больший счет, ведь пребывание в частной клинике тарифицируется посуточно. Муж умер, а когда Светлана не смогла заплатить за смерть своего мужа – клиника подала на нее в суд, параллельно угрожая. Как рассказывает вдова, давление было настолько сильным, что она даже думала о самоубийстве.

Владимир, другой пациент, пришел в "Одрекс" на хирургическую операцию. Однако, на следующие сутки после ее проведения, его состояние значительно ухудшилось. Оказалось, что его легкие поражены на 85%. Хотя первопричина обращения в клинику никак не касалась проблем с легкими. Врачи сообщили жене, что мужа заразили бактерией Serratia marcescens, которая распространяется через грязные руки или нестерильное оборудование. Добавив, что в реанимации можно подхватить что угодно. Мужу становилось все хуже, он почти не мог дышать, поэтому его ввели в медицинскую кому. Содержание пациента на аппаратах стоит дорого, поэтому в конце концов у семьи закончились средства. В ответ жена Владимира услышала предложение от врачей клиники "выключать свет" – отключать мужа от аппаратов и смириться с тем, что его не спасти. Владимир выжил чудом, выйдя из клиники с подорванным здоровьем и значительной потерей веса. В выписке о заражении инфекцией в клинике – ни слова.

Киевлянка Кристина Тоткайло узнала об онкологическом диагнозе своего отца и обратилась в "Феофанию". Консилиум врачей пришел к выводу, что агрессивная химиотерапия ему противопоказана до проведения хирургии. Однако хирург Игорь Белоцерковский, который также был на консилиуме, предложил лечиться в одесском "Одрексе", где работает его жена – онколог Марина Белоцерковская. Он заверил дочь, которая была в отчаянии, что в одесской клинике ее отцу "спасут гортань и голос". Перед поездкой семью заставили оплатить консультацию заранее, без осмотра, что уже вызвало сомнения.

В "Одрексе" отцу назначили пятидневный курс агрессивной химиотерапии и сразу планировали второй. Мужчине установили гастростому, которая требовала ежедневного ухода, но, по словам Кристины, врачи практически не осматривали ее. К моменту выписки в месте установки уже было сквозное отверстие, через которое вытекала пища.

После возвращения в Киев состояние отца резко ухудшилось: отказали почки, появились язвы во рту. На сообщения о критических симптомах врач из "Одрекса" отвечала, что сегодня выходной, все вопросы – в понедельник. Семья заплатила более 250 тысяч гривен, но отец умер. Кристина убеждена, что назначение агрессивной химиотерапии вопреки рекомендациям других врачей стало фатальной ошибкой "Одрекса".

Эти истории лишь малая часть того, что показано в документальном фильме "Осиное гнездо". На самом деле свидетельств значительно больше, и все они описывают одинаковые паттерны: агрессивное финансовое давление, пренебрежение протоколами лечения, отсутствие надлежащего контроля и случаи, которые завершались тяжелыми осложнениями или смертью. Фильм является свидетельствами пострадавших от "лечения в Odrex. Правоохранительные органы, а также Министерство здравоохранения не могут их игнорировать. Масштаб этих историй свидетельствует: проблема не в отдельных врачах, а в системе работы клиники "Одрекс". Где главной целью, кажется, является не помощь пациенту, а заработок.