Одинаковый сценарий для всех судов: дело о смерти пациента Odrex затормозили на ключевом медицинском этапе

Судебно-медицинская экспертиза по делу о смерти мужа Светланы Гук после операции в одесской клинике Odrex снова не состоялась. Львовское бюро СМЭ вернуло материалы без заключения, сославшись на русский язык медицинских записей, которые вела клиника, а также отсутствие утвержденного перечня платных услуг. Юристы предупреждают, что в делах о медицинской халатности затягивание рассмотрения из-за отсутствия выводов СМЭ может привести к истечению сроков давности и избежанию ответственности, сообщает УНН. 

Эта история началась еще в 2019 году. Тогда муж Светланы Гук после сложного лечения онкологического заболевания в Израиле обратился в одесскую клинику Odrex. По словам вдовы, врачи клиники уверяли семью, что нужно провести несложную операцию, которая гарантирует шанс на выздоровление.  

Однако после операции, за которую семья, как утверждает вдова, заплатила около 42,5 тысячи долларов, состояние мужа резко ухудшилось. Через несколько дней он умер в реанимации клиники. Позже вдова заявила о проблемах с медицинской документацией от Odrex, финансовом давлении со стороны клиники и борьбе за проведение полноценной судебно-медицинской экспертизы, чтобы все-таки получить ответ на вопрос о том, есть ли вина клиники в смерти ее мужа. 

Первые проблемы с проведением судебно-медицинской экспертизы по делу Гук возникли еще после назначения исследования в Киеве. Тогда материалы дважды вернули без заключения, ссылаясь на отсутствие патологоанатомического вскрытия и невозможность достоверно установить причину смерти.

После этого удалось добиться назначения новой экспертизы уже во Львове. Именно на нее Светлана Гук возлагала самые большие надежды, ведь, по ее словам, уголовное производство годами фактически не двигалось.

фото Светланы

Однако и львовская экспертиза в итоге завершилась возвратом материалов без заключения. Как стало известно из документов, предоставленных редакции Светланой Гук, в ответе Государственного специализированного учреждения "Львовское областное бюро судебно-медицинской экспертизы" указано, что провести исследование в установленный судом срок оказалось невозможно "в связи с отсутствием утвержденного перечня платных услуг". Отдельно в ответе бюро указано, что "в медицинской карте стационарного больного записи сделаны на русском языке, что препятствует ее объективному изучению". Речь идет именно о медицинской документации, которую во время лечения пациента вела клиника Odrex.

Все происходящее я расцениваю как объективные факты нарушения моих прав и, пожалуй, всех существующих процессуальных кодексов вместе взятых. Так или иначе, рано или поздно экспертиза будет проведена. Это лишь вопрос времени

По словам потерпевшей, после отказа Львовского бюро СМЭ должно состояться новое судебное заседание, на котором поднимут вопрос перевода медицинской документации, которую во время лечения вела клиника Odrex, на украинский язык. После этого материалы планируют повторно направить на проведение судебно-медицинской экспертизы. Это будет уже четвертая попытка получить выводы от компетентных органов.

фото Светланы 

Почему экспертиза является ключевым доказательством

Исполняющий обязанности заведующего кафедрой судебной медицины и медицинского права НМУ им. Богомольца, профессор Андрей Беляков в комментарии УНН объяснял, что именно судебно-медицинская экспертиза является фундаментом для оценки действий врачей в делах о медицинской халатности.

Судьи являются специалистами в области права, но не обладают специальными медицинскими знаниями. Они не могут самостоятельно оценить, правильно ли была выполнена медицинская процедура или верно ли подобрано лечение. Именно экспертное заключение фактически переводит сложные медицинские процессы на язык юридических фактов

По его словам, экспертиза оценивает не только причину смерти пациента, но и правильность диагностики, целесообразность операции, соблюдение клинических протоколов, обоснованность лечебной тактики и ведение медицинской документации.

Без судебно-медицинской экспертизы суд юридически не в состоянии установить наличие или отсутствие состава правонарушения в действиях медика

Именно поэтому отсутствие заключения экспертов в подобных делах фактически блокирует движение дела по существу.

Может ли затягивание быть тактикой Odrex?

Многократные отказы различных экспертных учреждений проводить исследования могут создавать впечатление искусственного затягивания процесса – особенно учитывая то, что дело длится уже более шести лет.

В подобных кейсах чем дольше откладывается получение экспертного заключения, тем ближе дело подходит к риску истечения сроков давности. А это значит, что даже в случае наличия нарушений виновные могут избежать реальной ответственности.  

Конечной целью такой тактики может быть не просто откладывание заседаний, а доведение дела до истечения сроков давности, чтобы лицо избежало реальной уголовной ответственности

По его словам, в делах о медицинской халатности дополнительным последствием приговора может быть также лишение права заниматься медицинской деятельностью. Однако если производство закроют из-за истечения сроков давности, такое ограничение может не наступить.

Напомним

История Светланы Гук не единственный случай, когда в делах в отношении врачей Odrex ключевой медицинский этап становится преградой к финалу. Похожий сценарий сейчас разворачивается и в деле о смерти бизнесмена Аднана Кивана во время лечения в Odrex. Там суд уже должен был перейти к исследованию медицинских доказательств и допросу независимого эксперта-онколога, однако именно в этот момент защита одного из обвиняемых врачей добилась передачи производства в другой суд. В результате процесс фактически начинается заново.

И чем больше появляется таких историй, тем сильнее ощущение, что в делах, где фигурирует клиника и ее медики, годами повторяется один и тот же сценарий: бесконечные экспертизы, переносы, процессуальные маневры и постоянное откладывание момента, когда суд наконец должен перейти к главному – оценке медицинских доказательств по существу.