Карл Фроч взял реванш на Уэмбли, отправив Гроувса в нокаут в восьмом раунде

2 Июн 2014 года - 18:29
Карл Фроч взял реванш на Уэмбли, отправив Гроувса в нокаут в восьмом раунде

У Карла Фроча было много отличных вечеров, но, по его словам, тот вечер, когда он на глазах у 80 тысяч зрителей на стадионе Уэмбли отправил Джорджа Гроувса в нокдаун, – «был лучший вечер во всей моей карьере».

Это должно было случиться – либо в борьбе с обязательным претендентом на его титул IBF – Джеймсом Де Гейлом, который был впечатляюще остановлен непобедимым американцем Брэндоном Гонсалесом в четырех раундах в андеркарте, или во время славного вечера в Лас Вегасе. Это случилось в Вегасе.

В любом случае, став чемпионом в 36, он с нежностью будет оглядываться на свой 35-й бой, и наверняка придет к выводу, что то, что он описал «лучшим ударом в своей жизни» – было правой рукой из ада.

Семь раундов на равных

Они играли и обменивались ударами, и так было все время помимо пары захватывающих моментов – до тех пор, пока приехавший из Ноттингема чемпион мира в суперсреднем весе не сокрушил ударом в незащищенную челюсть Гроувса, который рухнул на пол и оставался там, пока четверо человек не помогли ему встать на ноги.

Гроувс не мог избежать подобного окончания после двух минут и 34 секунд восьмого раунда, молодой лондонец спесиво заявлял, что остановит Фроча в третьем раунде, и по уродливой традиции этого вида спорта объявил, что чемпион был «как из камеры смертников».

Фроча это не сильно обеспокоило. Он был там, чтобы заниматься своим делом, чтобы исправить то, что ему не удалось сделать, когда полгода тому назад он победил Гроувса в девятом раунде – при содействии рефери Ховарда Фостера.

Сейчас нет аргументов. Нет противоречий. И, к сожалению, нет реванша. И, несмотря на весь яд до боя, победитель был горд и щедр.

«В боксе люди помнят ваш последний бой»

– Это была настоящая битва, – сказал Фроч. – К сожалению, в боксе люди помнят ваш последний бой. Я не хотел уходить тогда, когда меня бы запомнили как проигравшего, и я бы ушел из спорта, если бы проиграл этим вечером.

Его промоутер Эдди Херн пролил немного света на его планы, сказав:

– У Карла – вынужденное противостояние из-за IBF. Джеймс заслужил то, что получил. И Карл заслужил этот вечер в Вегасе. Я уйду и буду смотреть на пейзажи. Предоставлять его интересы – всего лишь моя работа.

Холодный расчет для жаркого вечера

Тем мягким летним вечером реализовался холодный расчет Фроча на закрытие пространства для его противника – после нескольких более интеллектуальных игр. В последние секунды перед их встречей Роберт Мак-Кракен давал Фрочу инструкции. Он не хотел повторения его поражения в первом бое. Чемпион стоял спиной к претенденту все время, пока Майкл Баффер давал инструкции, и Гроувс бродил и смотрел, не отрывая глаз от своей добычи. Прикосновение перчаток было небрежным – как и первый удар, длинный, легкий джэб от Гроувса, пока они намечали свою территорию.

Стадион, разделенный линиями красных сидений вдоль каждой из сторон, гудел и гудел. Женщина где-то в середине кричала безо всякого повода.

Они запутались, Фроч бросил Гроувса на пол, и судья Чатли Фитч был несколько раздражен чемпионом. Фроч уже смотрелся более собранным, чем в декабре, но Гроувс ударил правой в течение первых шести минут.

Пэдди Фитцпатрик, интересный и не запланированный тренер, надел оранжевую бандану, которая придавала ему отчетливый пиратский вид, настойчиво призывал своего воспитанника прибавить темп. Гроувс приплясывал вокруг, широко расставив ноги, но, казалось, не был склонен подходить слишком близко, особенно, когда мог встретить шквал ударов в голову.

Ноздри Фроча раздувались, превращая его обычно беспристрастное лицо в смешную гримасу, и Гроувс нарушил это выражение лица длинным ударом справа. После трех раундов у Фроча выглядел слабовато, и от него многого не ожидали. Зрители рассчитывали на удивительный вечер.

Фроч стукнул перчатками и вышел. Толпа потеряла терпение, но боксеры были настойчивы. Было слишком многое поставлено на карту. Кроме того, сейчас они знали друг друга гораздо лучше, чем полгода тому назад – и Гроувс настаивал на четком понимании их отношений.

Главный плюс – выносливость

Еще до боя он утверждал, что сможет победить с первого усилия, и через четверть часа он все еще настаявал на этом утверждении. Имел ли он право на то, что он сделал в первом раунде в Манчестере? Первый намек на победу появился в конце пятого раунда, и чемпион закончил его с улыбкой.

Два-три раунда Гроувс был предсказуем, и именно Фроч установил небольшое преимущество, он дрался с контролируемой яростью, стремясь поразить противника, но ждал более удачного случая.

Каждый следующий раунд был все более драматичен, что было в целом характерного для этого матча-реванша – Гроувс, который обещал закончить этот бой левым хуком, начал с него бой и поймал флеш от Фроча. Они продвинулись вперед, но незначительно. Гроувс был более подвижен и заплатил за это, когда Фроч достал его сокрушающим ударом в челюсть справа на уровне семи.

Рефлексы молодого человека помогали ему уходить от Фроча, но это было не страшно для ноттингемца, чей уровень концентрации оставался достаточно высоким. Он знал, что во второй половине боя ему будет более комфортно, и он становился сильнее с каждой минутой, в то время, как его противник терял выносливость.

А когда он решил, что добился желаемого, всего удары стали академически точными – Гроувс болтался перед ним как на веревках, его глаза помутнели от боли, левая нога неловко застряла под телом, когда рефери склонился над ним, как фельдшер на поле боя.

Стоит заметить, что Гроувс старался встать самостоятельно, но мистер Фитч не дал ему это сделать, направив его к табуретке, где врач из Британского совета по боксу посмотрел ему в глаза, прежде чем разрешил ему встать и подойти к сопернику.

…им не стать друзьями

Они даже обнялись, очень быстро – эти два прекрасных бойца, которые наверняка никогда не будут друзьями после всего, что они сделали для нашего развлечения.

После того, как на экране прокрутили раз за разом повтор, толпа охала и ахала, выражая свою признательность, а победитель стоял в центре ринга, оправданный и явно обрадованный – по-своему тихо и неловко.

И был опьянен этими известными словами Майкла Буфера: «И все же…».

Золотые блестки летели на поле. Хирн теперь знает, что боец, которым он восхищается сильнее, чем другими, с которыми его связывали, может заработать еще больше денег.

Но вспомните о Де Гейле, который сокрушил своего хваленого противника. Он сделал свое дело с Гроувсом. В течение некоторого времени к этому вопросу не вернутся, и Фроч не сделает этого тоже. По его словам, он – в некотором роде предсказуемый боксер, он мог смотреться несколько глупо из-за молодости, энергичности и остроумия. Но ведь это наверняка не совсем то, о чем Гроувс думал перед тем, как выйти на ринг в субботу вечером?

По материалам: the Guardian. Фото: Peter Cziborra. Перевод: ПрессОрг24 http://pressorg24.com/.

Главные новости дня

Новости партнеров